О ПРАЗДНИКЕ ОБРЕЗАНИЯ ГОСПОДНЯ
На восьмой день после Своего Рождества Господь наш Иисус Христос, по ветхозаветному закону, принял обрезание, установленное для всех младенцев мужского пола в знамение Завета Бога с праотцем Авраамом и его потомками (Быт. 17, 10 — 14; Лев. 12, 3). При совершении этого обряда Божественному Младенцу было дано Имя Иисус, возвещенное Архангелом Гавриилом еще в день Благовещения Пресвятой Деве Марии (Лк. 1, 31 — 33; Лк. 2, 21). По толкованию отцов Церкви, Господь, Творец закона, принял обрезание, являя пример, как людям следует неукоснительно исполнять Божественные установления. Господь принял обрезание для того, чтобы никто впоследствии не мог усомниться в том, что Он был истинным Человеком, а не носителем призрачной плоти, как учили некоторые еретики (докеты). В Новом Завете обряд обрезания уступил место таинству Крещения, прообразом которого он являлся (Кол. 2, 11 — 12). Свидетельства о праздновании Обрезания Господня в Восточной Церкви восходят к IV веку. Канон празднику написан преподобным Стефаном Савваитом (память 28 октября). Вместе с обрезанием, воспринятым Господом как знамение Завета Бога с людьми, Он получил и Имя Иисус (Спаситель) как печать Своего служения делу спасения мира (Мф. 1, 21; Мк. 16, 17; Мк. 9, 38-39; Лк. 10, 17; Деян. 3, 6 Деян. 3, 16; Фил. 2, 9-10). Эти два события, совершившиеся в самом начале земной жизни Спасителя, напоминают христианам, что они вступили в Новый Завет с Богом и «обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым» (Кол. 2, 11). Само имя христианина свидетельствует о вступлении человека в Новый Завет с Богом.
ОТСЕЧЬ СОБЛАЗН
Слово на Обрезание Господне
По многочисленным толкованиям, Господь, Творец закона, принял обрезание, показывая, что Он пришел не нарушить закон или пророков, но исполнить (см.: Мф. 5: 17). Господь реально пролил кровь, чтобы никто не сомневался в том, что Он был полноценным Человеком, а не носителем призрачной плоти.
Еще за 2000 лет до Рождества Христова обычай обрезания был распространен на Ближнем Востоке у египтян, аммонитян, едомитян и моавитян[1]. Введение обрезания в Древнем Израиле связано с именем Авраама. Бог заповедовал Аврааму и его потомкам обрезывать мальчиков на восьмой день от рождения, чтобы на их теле появился знак как знамение завета между Богом и потомками отца всех верующих (см.: Быт. 17: 9–14; Рим. 4). Обрезание применялось также к рабам, считавшимся членами израильской семьи, и к чужеземцам, желавшим принять участие в праздновании Пасхи (см.: Быт. 34: 14–17; Исх. 12: 48). Смысл ветхозаветного обрезания заключался в том, чтобы отделить народ Божий от язычников, отделить рабов Божиих от тех, кто служит идолам плоти.
Но не только обрезание плоти было необходимо подлинным израильтянам. По законодательству Моисея, с обрезанием плоти сопровождалось духовное обрезание ушей и сердца. Это означало, что человек не должен пренебрегать словом Господним (см.: Иер. 6: 10), не должен быть жестоким (см.: Втор. 10: 16), но призван любить Господа Бога своего всем сердцем (см.: Втор. 30: 6).
Однако ко времени Иисуса Христа иудеи, видимо, сохранили только внешнее обрезание плоти, в то время как сердце их далеко отстояло от Господа (см.: Мф. 15: 8). На это обратил внимание апостол Павел: «Не тот Иудей, кто [таков] по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но [тот] Иудей, кто внутренно [таков], и [то] обрезание, [которое] в сердце, по духу…» (Рим. 2: 28–29).
У апостола Павла выражение «обрезание сердца» символизирует отсечение страстей, покаяние и обращение грешника к Богу (см.: Фил. 3: 3; Кол. 2: 11). Обрезание Христово – это, прежде всего, «совлечение греховного тела плоти», некий символ крещения (см.: Кол. 2: 11–12), вступление в Новый Завет с Богом.
Как в Ветхом Завете печатью обрезания было наречение имени младенцу, которое давалось на восьмой день, так и в Новом Завете наречение имени на восьмой день связано с крещением и напоминает христианам о том, что они вступили в Новый Завет с Богом и теперь «обрезаны обрезанием нерукотворенным» (Кол. 2: 11). Вместо знака на теле в виде обрезания у христиан на груди теперь крест – знамение Распятого Христа, пролившего Свою кровь ради нашего искупления.
Сегодня можно встретить много людей, которые приняли крещение, это «нерукотворенное обрезание», носят на себе крест, даже что-то слышали о Боге, но не ограничивают себя в удовольствиях.
Не только старшеклассники, но и вполне зрелые люди приходят на исповедь с рассказами о том, как подловил их тот или иной примитивный плотской грех. Заглянул в холодильник – и, не удержавшись, съел лишнего. Заглянул в интернет – и, не удержавшись, зашел на пошлый сайт.
Конечно, всё можно списать на искушение. Изысканная еда и обнаженные тела стали кумирами, а безудержное поедание всего подряд и просмотр эротических изображений теперь сродни идолопоклонству. Как же ограничить себя от соблазнов?
В древности, когда израильтяне жили на обособленных территориях, они боролись с идолами просто – физически уничтожали и кумирни, и жрецов, и окружающие языческие народы. Во времена Христа израильские города смешались на одной территории с греческими, дома иудеев и язычников могли располагаться рядом. В новых условиях израильтяне вели торговлю бок о бок с иностранцами, однако их семьи жили в обособленных кварталах и евреи старались не отдавать детей в те гимназии, где юношей подталкивали к культу тела.
В наши дни христиане работают на предприятиях со смешанным коллективом, христианские семьи живут на одной площадке с иноверцами, а соблазнительные заведения окружают нас повсюду. Мы не можем физически уничтожить все источники соблазна (скажем, разгромить супермаркеты, которые соблазняют нас на чревоугодие, или компьютерные сети, через которые можем попасть на запрещенные сайты). Одни и те же источники могут быть и злом, и благом (ведь еду в супермаркете можно покупать экономно, а через компьютеры – читать полезные книги). Значит, одни и те же источники земных благ можно использовать дозированно, отсекая в первую очередь те, которые явно толкают на грех.
«Если глаз твой соблазняет тебя, вырви его: лучше тебе с одним глазом войти в Царствие Божие, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную» (Мк. 9: 47). В этих словах ударение ставится на «если»: если какой-то из органов чувств соблазняет тебя, надо ограничить его возможности. Если соблазняет чрево – меньше хранить продуктов в холодильнике; если соблазняет пустословие – не регистрироваться в социальных сетях; если компания толкает на блудный грех – не идти туда, «не сидеть в собрании развратителей» (ср: Пс. 1: 1).
К сожалению, оправдывая себя, мы слова «если глаз твой соблазняет тебя, вырви его» слишком часто толкуем аллегорически. Говорят, главное – быстро забывать всё плохое, не обращать внимание на соблазны, чтобы в сердце не поселились дурные мечтанья. Но как себя приучить к тому, чтобы быстро забывать о том, что каждый день мучит или мелькает перед глазами? Если человек каждый вечер подолгу смотрит глупые теле-шоу, как, ложась в постель, он приучит себя быстро о том забывать?.. Возможно, здесь нужен более твердый подход. Если заманчивое шоу пожирает драгоценные дни твоей жизни, делает тебя глупей и строптивей, не включай по вечерам телевизор. Если, садясь за компьютер после работы, можешь увлечься какой-то игрушкой, не включай компьютер по вечерам. Если и в этом случае не можешь себя удержать, удали все игрушки, обрежь интернет, не держи дома лишний компьютер.
В Евангелии есть такие странные на первый взгляд слова: «Есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного» (Мф. 19: 12). Если применить традиционные принципы толкования данной цитаты к современной жизни, можно сказать, что есть инвалиды от рождения, которые не могут воспользоваться тем или иным удовольствием (колясочник – не пойдет на дискотеку, слепой – не получит удовольствия от пошлых картинок), есть попавшие в катастрофы, которые тоже стали инвалидами, а есть и вполне здоровые люди, которые добровольно ограничивают себя от удовольствий, добровольно не ходят на совет нечестивых, добровольно не стоят на пути грешных, добровольно не сидят в собрании развратителей (ср.: Пс. 1: 1). Тот, кто сам постарался оскопить себя от удовольствий, может приобрести Царство Небесное.
Святитель Феофан Затворник сравнивал праздник обрезания с «обрезанием сердца», когда перед началом нового года человек бросает «прежние привычки, утехи и всё, в чем находил удовольствие; отсекает страсти и похотные расположения и воспринимает дела строгого самоотвержения»[2]. Это крайне необходимо, по святителю Феофану, чтобы очередной год провести с Богом.
Ныне Господь попускает людям болезни, чтобы мы помнили о конечности своей жизни. Ныне Господь дает заповеди, чтобы мы сдерживали себя через страх будущего Суда. Ныне Господь проливает за нас Свою кровь, чтобы мы стали участниками Нового Завета.
Давайте же проведем будущий год более свято, чем прошлый. И если мы не можем справиться с источниками греховных удовольствий, давайте попробуем их отсекать. Насколько несоизмеримы маленький глаз или рука необъятному Царству Небесному, настолько больше святость во Христе любых плотских удовольствий.
Нося на себя печать Христова распятия, давайте сердце свое в грядущем году расположим поближе к Богу.
Аминь.
[1] См.: Иер. 9: 24–26.
14 января 2014 г.
СВЯТИТЕЛЬ ВАСИЛИЙ ВЕЛИКИЙ, АРХИЕПИСКОП КЕСАРИИ КАППАДОКИЙСКОЙ. ВСЕЛЕНСКИЙ УЧИТЕЛЬ
Святитель Василий Великий, архиепископ Кесарии Каппадокийской, «принадлежит не одной Кесарийской Церкви, и не в свое только время, не одним соплеменникам своим был полезен, но по всем странам и градам вселенной, и всем людям приносил и приносит пользу, и для христиан всегда был и будет учителем спасительнейшим», – так говорил современник святителя Василия, святой Амфилохий, епископ Иконийский (+ 344; память 23 ноября). Родился Василий около 330 года в Кесарии, административном центре Каппадокии, и происходил из известного рода, славившегося как знатностью и богатством, так и дарованиями и ревностью христианской веры. Дед и бабка святителя со стороны отца во время гонения Диоклетианадолжны были скрываться в лесах Понта в течение семи лет. Мать святого Василия, Емилия, была дочерью мученика. Отец святителя, также по имени Василий, адвокат и известный преподаватель риторики, постоянно жил в Кесарии.
В семье было десять человек детей, пять сыновей и пять дочерей, из них пятеро были потом причислены к лику святых: Василий, Макрина (память 19 июля) – образец аскетической жизни, оказавшая сильное влияние на жизнь и характер святого Василия Великого, Григорий, впоследствии епископ Нисский (память 10 января), Петр, епископ Севастийский (память 9 января), и праведная Феозва – диакониса (память 10 января). Первые годы жизни святой Василий провел в принадлежавшем его родителям поместье на реке Ирисе, где воспитывался под руководством матери и бабки Макрины, высокообразованной женщины, сохранившей в памяти предание о знаменитом святителе Каппадокии – Григории Чудотворце (память 17 ноября). Первоначальное образование Василий получил под руководством отца, затем он обучался у лучших учителей Кесарии Каппадокийской, где познакомился со святым Григорием Богословом, а позже перешел в школы Константинополя, где слушал выдающихся ораторов и философов. Для завершения образования святой Василий отправился в Афины – центр классического просвещения.
После четырех или пяти лет пребывания в Афинах Василий Великий обладал всеми доступными знаниями: «Он так изучил всё, как другой не изучает одного предмета, каждую науку он изучил до такого совершенства, как будто не учился ничему другому». Философ, филолог, оратор, юрист, естествовед, имевший глубокие познания в астрономии, математике и медицине, – «это был корабль, столь нагруженный ученостью, сколь сие вместительно для человеческой природы». В Афинах между Василием Великим и Григорием Богословом установилась теснейшая дружба, продолжавшаяся всю жизнь. Позднее, в похвальном слове Василию Великому, святитель Григорий Богослов восторженно говорил об этом времени: «Нами руководили равные надежды и в деле самом завидном – в учении… Нам известны были две дороги: одна – к нашим священным храмам и к тамошним учителям; другая – к наставникам наук внешних».
Около 357 года святой Василий возвратился в Кесарию, где некоторое время преподавал риторику. Но вскоре, отказавшись от предложения кесарийцев, желавших поручить ему обучение юношества, святой Василий вступил на путь аскетической жизни.
После смерти мужа мать Василия со старшей дочерью Макриной и несколькими девственницами удалились в фамильное поместье на реке Ирисе и вели подвижническую жизнь. Василий же, приняв Крещение от епископа Кесарийского Диания, был поставлен чтецом. Как истолкователь Священных Книг, он сначала читал их народу. Затем, «желая снискать руководителя к познанию истины», святитель предпринял путешествие в Египет, Сирию и Палестину, к великим христианским подвижникам. Вернувшись в Каппадокию, он решил подражать им. Раздав свое имущество бедным, святой Василий поселился недалеко от Емилии и Макрины на другом берегу реки, собрав вокруг себя иноков в общежитие. Своими письмами Василий Великий привлек в пустыню своего друга Григория Богослова. Святые Василий и Григорий подвизались в строгом воздержании: в жилище их, без кровли, не было очага, пища была самой скудной. Они сами обтесывали камни, сажали и поливали деревья, возили тяжести. От больших трудов мозоли не сходили с их рук. Из одежды Василий Великий имел только срачицу и мантию; власяницу носил только ночью, чтобы ее не было видно. В уединении святые Василий и Григорий усиленно занимались изучением Священного Писания по руководствам древнейших толкователей и, в частности, Оригена, из произведений которого они составили сборник – Филокалия (Добротолюбие). В то же время Василий Великий по просьбе иноков написал сборник правил нравственной жизни. Своим примером и проповедями святитель Василий Великий содействовал духовному усовершенствованию христиан Каппадокии и Понта; многие устремились к нему. Образовывались мужские и женские монастыри, в которых Василий стремился соединить жизнь киновиальную с отшельническою.
В царствование Констанция (337–361) распространилось лжеучение Ария, и Церковь призвала к служению обоих святителей. Святой Василий вернулся в Кесарию. В 362 году он был рукоположен Мелетием, епископом Антиохийским в диакона, а затем, епископом Евсевием Кесарийским, в 364 году, посвящен в сан пресвитера. «Но видя, – как повествует Григорий Богослов, – что все чрезвычайно почитают и хвалят Василия за мудрость и святость, Евсевий, по человеческой немощи, увлекся ревностью к нему и начал выказывать нерасположение к нему». Монахи встали на защиту святого Василия. Чтобы не вызвать церковного разделения, он удалился в свою пустыню и занялся устройством монастырей. С приходом к власти императора Валента (364–378), решительного сторонника ариан, для Православия наступают тяжелые времена – «предстояла великая борьба». Тогда святой Василий спешно возвратился в Кесарию по вызову епископа Евсевия. По словам Григория Богослова, для епископа Евсевия он был «добрым советником, праведным предстателем, истолкователем Божия Слова, жезлом старости, опорой верным в делах внутренних, самым деятельным в делах внешних». С того времени и церковное правление перешло к Василию, хотя по иерархии занимал он второе место. Проповеди говорил он ежедневно, и часто дважды – утром и вечером. В это время святой Василий составил чин Литургии; им написаны также Беседы на Шестоднев, на 16 глав пророка Исаии, на псалмы, второе собрание монашеских правил. Против учителя ариан Евномия, который с помощью аристотелевых построений придал арианской догматике научно-философскую форму, превращая христианское учение в логическую схему отвлеченных понятий, Василий написал три книги.
Святитель Григорий Богослов, говоря о деятельности Василия Великого в тот период, указывает на «пропитание нищих, странноприимство, попечение о девах, писанные и неписанные уставы для монашествующих, чиноположения молитв (Литургия), благоукрашения алтарей и иное». По кончине епископа Кесарийского Евсевия, в 370 году, на его кафедру был возведен святой Василий. Как епископу Кесарийскому, святому Василию Великому были подчинены 50 епископов одиннадцати провинций. Святитель Афанасий Великий, архиепископ Александрийский (память 2 мая), с радостью и благодарностью к Богу приветствовал дарование Каппадокии такого епископа, как Василий, прославившегося святостью, глубоким знанием Священного Писания, великой ученостью, трудами на благо церковного мира и единства. В империи Валента внешнее господство принадлежало арианам, которые, по-разному решая вопрос о Божестве Сына Божия, были разбиты на несколько партий. К прежним догматическим спорам был присоединен вопрос о Святом Духе. В книгах против Евномия Василий Великий учил о Божестве Святого Духа и единстве Его природы с Отцом и Сыном. Сейчас же для полного выяснения православного учения по этому вопросу, по просьбе святого Амфилохия, епископа Иконийского, святитель написал книгу о Святом Духе.
Общее печальное положение усугублялось для епископа Кесарийского еще и такими обстоятельствами, как разделение Каппадокии на две части при распределении правительством провинциальных округов; антиохийский раскол, вызванный поспешным поставлением второго епископа; отрицательное и высокомерное отношение западных епископов к попыткам привлечь их к борьбе с арианством и переход на сторону ариан Евстафия Севастийского, с которым Василия связывала тесная дружба. Среди постоянных опасностей святой Василий поддерживал православных, утверждал их веру, призывая к мужеству и терпению. Святым епископом написаны многочисленные письма к Церквам, епископам, клиру, частным лицам. Низлагая еретиков «оружием уст и стрелами письмен», святой Василий, как неутомимый защитник Православия, всю свою жизнь вызывал неприязнь и всевозможные происки ариан.
Император Валент, беспощадно отправлявший в изгнание неугодных ему епископов, насадив арианство в других малоазийских провинциях, явился в Каппадокию с той же целью. Он послал к святому Василию префекта Модеста, который стал угрожать ему разорением, изгнанием, пытками и даже смертной казнью. «Всё это, – ответил Василий, – для меня ничего не значит, тот не теряет имения, кто ничего не имеет, кроме ветхих и изношенных одежд и немногих книг, в которых заключается всё мое богатство. Ссылки нет для меня, потому что я не связан местом, и то место, на котором живу теперь, не мое, и всякое, куда меня ни кинут, будет мое. Лучше сказать: везде Божие место, где ни буду странником и пришельцем (Пс. 38, 13). А мучения что могут сделать мне? – Я так слаб, что только первый удар будет чувствителен. Смерть же для меня благодеяние: она скорее приведет меня к Богу, для Которого живу и тружусь, к Которому давно я стремлюсь». Правитель был изумлен таким ответом. «Может быть, — продолжал святитель, — ты не встречался с епископом; иначе, без сомнения, услышал бы такие же слова. Во всем ином мы кротки, смиреннее всякого, и не только пред таким могуществом, но и пред всяким, потому что так предписано нам законом. Но когда дело идет о Боге и против Него дерзают восставать, тогда мы, всё прочее вменяя за ничто, взираем только на Него Единого, тогда огнь, меч, звери и железо, терзающее тело, скорее будут для нас удовольствием, нежели устрашат».
Доложив Валенту о непреклонности святого Василия, Модест сказал: «Побеждены мы, царь, настоятелем Церкви». Ту же твердость Василий Великий обнаружил и перед лицом самого императора и своим поведением произвел на Валента такое впечатление, что он не поддержал ариан, требующих ссылки Василия. «В день Богоявления, при многочисленном стечении народа, Валент вошел в храм и смешался с толпой, чтобы показать видимость единения с Церковью. Когда же в храме началось псалмопение, слух его поражен был как громом. Царь увидел море народа, и в алтаре и близ него благолепие; впереди же всех Василия, не воскланяющегося ни телом, ни взором, как будто в храме не произошло ничего нового, но обращенного только к Богу и престолу, а клир его в страхе и благоговении».
Святой Василий почти ежедневно совершал Богослужение. Он особенно заботился о строгом исполнении канонов Церкви, внимательно следя, чтобы в клир вступали только достойные. Неутомимо обходил он свои церкви, наблюдая, чтобы нигде не была нарушена церковная дисциплина, устраняя всякое лицеприятие. В Кесарии святой Василий устроил два монастыря, мужской и женский с храмом в честь 40 мучеников, где хранились их святые мощи. По примеру иноков, клирики митрополии святителя, даже диаконы и пресвитеры, жили в чрезвычайной бедности, трудились и вели жизнь чистую и добродетельную. Для клира святой Василий добивался освобождения от податей. Все свои личные средства и доходы своей церкви он употреблял в пользу бедных; в каждом округе своей митрополии святитель создал богадельни; в Кесарии – гостиницу и странноприимный дом.
Болезни от юности, труды учения, подвиги воздержания, заботы и скорби пастырского служения рано истощили силы святителя. Преставился святитель Василий 1 января 379 года в возрасте 49 лет. Незадолго перед кончиной святитель благословил святого Григория Богослова на принятие Константинопольской кафедры.
По преставлении святого Василия Церковь тотчас стала праздновать его память. Святой Амфилохий, епископ Иконийский (+ 394), в своем слове в день кончины святителя Василия Великого говорил: «Не без причины и не случайно божественный Василий разрешился от тела и преставился от земли к Богу в день Обрезания Иисуса, празднуемый между днем Рождества и Крещения Христова. Поэтому сей блаженнейший, проповедуя и восхваляя Рождество и Крещение Христово, превозносил обрезание духовное, и сам, совлекшись тела, удостоился вознестись ко Христу именно в священный день воспоминания Обрезания Христова. Посему-то и установлено в настоящий день ежегодно чтить память Великого празднованием и торжеством».
Святителю отче, Василие Великий, моли Бога о нас!